Сергей Минцлов - Приключения студентов [Том I]

— В эту ночь все бодрствуют до утра! — проговорил ди Прато. — Только в эту ночь враги мои могут захватить замок — так сказали астрологи!

Он закутался плотнее в плащ и устремил взгляд на лес, затем перевел его ввысь.

— Марс охраняет мою звезду!.. — проговорил он через некоторое время. — Смотрите, как он бодрствует и шлет мне добрые знаки то зелеными, то синими огнями! А вокруг него все в тумане — у врагов смущение и неудачи!..

Марку почудился стон — исходил он как будто из–под башни. Заслышал его и Ян и оба наклонились, чтобы проверить себя.

Ди Прато оглянулся на них.

Отдаленный стон повторился.

— Там мой пленный рыцарь!.. — с усмешкой пояснил ди Прато. — Завтра я прикажу повесить ему эолову арфу… Однако, холодно, идемте вниз!

Марк шел последним и, когда он собирался нагнуться перед дверью — по лесу раскатился яростный хохот, подхваченный в разных местах. Марк перекрестился, проскочил на лестницу, захлопнул и закрестил ход за собой.

В столовой все разместились на прежних местах; в камин за время их отсутствия были навалены дрова и они пылали, наполняя комнату приятным теплом. Чугунный рыцарь стоял недвижно; вокруг большого стола никого не было.

— Рассказывайте!.. — почти приказал ди Прато, придвинувшись еще ближе к огню и совсем погрузясь в кресло…

Рассказы длились всю ночь. Бледный свет глядел в узкие окна, когда безмолвно слушавший хозяин зашевелился.

— Уже утро?.. — сказал он, как бы очнувшись. Он ударил в ладоши; у двери немедленно вырос слуга.

— Гости устали… проведи их отдохнуть!.. — приказал, подымаясь, ди Прато.

Путники встали; лицо хозяина, казавшееся страшным ночью, теперь было обыкновенно и даже приятно, но измучено и бескровно.

— Спасибо вам!.. — обратился он к гостям. — С вашей помощью я нескучно провел время. Когда уйдете отсюда, в своих сумах найдете воспоминание об минувшей ночи! Овидий говорит, что вещие сны видятся всегда на рассвете: желаю вам добрых снов!

Движением руки он отпустил их.

С облегчением в душе Луиджи и его товарищи отвесили поклон и слуга повел их в нижний этаж. Марк, уходя оглянулся; ди Прато в комнате уже не было, а на подоконнике сидела и чирикала среди глубокой тишины серенькая, как раннее утро, птичка.

ГЛАВА XVII

Замок был еще погружен в сон, когда из ворот его выступили ослик, Луиджи и трое наших путников.

Сторожевой указал им ближайшую дорогу, блестевшую в узкой долине, и скоро зелень кустов и деревьев окутала и скрыла стены и башни.

Луиджи снял шапку и помахал ею, как веером, себе на лицо.

— Ф–у–у-х!!. — проговорил он. — Слава Богу, выбрались благополучно из этого чертова гнезда! Что ни шаг — все колдовство было!

Ян хотел заглянуть в сумы, чтобы узнать, что в них положили в замке, но Луиджи беспокоился и воспротивился.

— Наше от нас не убежит!.. — заявил он. — Остановимся на обед, тогда и увидим. Теперь надо поскорей отсюда ноги уносить!

Вброд перешли они через небольшую речонку, а к полдню наметили особенно глухое место в окружавшем их вековом лесу, забрались в чащу и расположились под платаном на обед и отдых.

Сумы на ослике оказались набитыми всякою всячиной и, по мере того, как из широких листов лопуха, заменявших бумагу, появлялись жареные тетерки и куры, лицо Луиджи все прояснялось; открытие целого жареного козленка и кувшина с вином заставило неаполитанца окончательно развеселиться.

— Колдуны понимают толк в еде!.. — заметил он. — После ночи с привидениями надо подкрепиться как следует!

Он приложился к кувшину и закрыл глаза; в горле у него забулькало; кувшин пошел вкруговую.

После обеда и долгого отдыха трое друзей снова выбрались на дорогу и пустились дальше.

Минуло трое суток; после многих встреч с рыцарями, монахами и пилигримами, с невысокой горы перед нашими странниками развернулась необозримая зеленая равнина; в мареве дали белело что–то, напоминавшее город.

Луиджи остановился и протянул руку.

— Вон она, ваша обетованная земля — Болонья!.. — сказал он. — Я, как Иисус Навин, вывел вас из пустыни! Прикладывайтесь!.. — и он поднес обе руки к губам своих спутников, как бы для поцелуя.

Марк долго не отводил взгляд от далекого виденья.

Через несколько часов, совсем вблизи от города, предусмотрительный Луиджи свернул с дороги в небольшой овражек и, укрывшись там от солнцепека и прохожих, снял с ослика сумы, и все расположились на густой траве.

— Ну, друзья мои!.. — заявил Луиджи, покончив с едой и запив ее вином. — Теперь надо решить, что каждый из нас будет делать дальше! В городе нам придется расстаться…

— Почему?.. — удивился Марк.

— Да потому, что подмастерья живут у своих хозяев… А при университете имеются квартиры для студентов; жить ни с кем из вас мне нельзя! Ой, Марк, в последний раз говорю тебе — иди лучше, ищи свои краски! Наголодаешься ты в своем университете, а ни черта он тебе не даст, помяни мое слово! Студенты — ведь это чума, оборванцы, разбойники; кроме драк да пьянства, ничего не увидишь!..

Ян лежал на животе, подняв вверх подошвы ног и покусывал какую–то травку.

— А ты что будешь делать?.. — спросил он Луиджи.

— Я человек вольный!.. — ответил тот. — Пока что мне здесь быть не особенно безопасно… Ну, да там увидим, что дальше будет! Вот вам мой сказ: часто видеться нам теперь уже не придется, потому сделаем такое условие: среди города стоит собор большой, будем на нем, в укромном уголке свои пометки делать: я стану обозначаться одним кружком, ты, Марк — двумя, а ты, Ян — тремя. Если все благополучно — значки будем делать мелом, если худо — углем. Коли помощь нужна — кружки подчеркивать надо; при большой беде — две черты под ними ставьте. Это будет значить — бросай все и спеши на помощь! А главное условие — не оповестив товарищей, из города порознь не уходить!..

Сообщив еще несколько условных знаков и надавав товарищам разных советов, Луиджи поднялся с травы; Марк и Ян навьючили ослика и все вернулись на дорогу.

Город раскидывался широко; серой лентой ползла кругом него по холмам стена с высокими четвероугольными башнями; такие же башни смотрели и изнутри города; местами между ними виднелись церкви; всех их превышала одна — очень длинная, с синим куполом.

— Собор!.. — произнес Луиджи, указывая на него пальцем.

У низких, походивших на пещеру, городских ворот сидели несколько вооруженных стражей в шлемах с черными гребнями и широкими полями.

Наших путников пропустили безо всяких опросов вместе с кучкой крестьян, везших разные овощи.